Ешь, молись, люби.
Я знаю этот фильм наизусть. 2010. Моя любимая Джулия Робертс ест пиццу в Неаполе с таким наслаждением, что диеты все летят к черту. Смотрела я его в тридцать четыре, ровно в том возрасте, в каком по сюжету была героиня – Лиз, и это совпадение казалось мне тогда чем-то вроде подписи под договором. Так может быть не только в кино, а значит, и у меня тоже так будет.
Развод у меня случился некрасивым, с дележом квартиры и с фразой «ты за пятнадцать лет ни разу ничего не решила сама», которую я помню дословно, потому что она была справедливая. Мне было сорок семь. Дальше я сделала ровно то, что делала Лиз, только без Индонезии и без гонорара за книгу: продала свою долю, взяла в аренду помещение на первом этаже жилого дома и открыла книжную лавку. Двадцать два квадратных метра, стеллажи из строительного, кофемашина с рук.
Через год за подарком для племянницы пришел Андрей, ушел с тремя книгами, ни одна племяннице не подходила. Не Хавьер Бардем, конечно, но его руки, которыми он взялся чинить мне кофемашину, я запомнила раньше, чем лицо.
И вот тут я подумала: все сошлось. Буквально по пунктам. Развод, дело, которое кормит, и мужчина, появившийся тогда, когда уже перестала ждать.
Чего я не учла, так это того, что жизнь пошутит и сценарий отработает целиком. Включая ту сцену, которую я всегда не понимала, зачем добавили.
Если фильм смотрели, помните. У Лиз после того, как у них с Фелипе все начинается, случается цистит. Она страдает, местная целительница поит ее отваром из листьев, и через полторы минуты экранного времени Джулия Робертс опять смеется. В кино это называется монтажная склейка. В жизни с болячками так не срабатывает.
У меня началось на следующее утро. Не в тот же вечер, а именно назавтра, и это потом окажется важным, а тогда я просто проснулась и поняла, что в туалет мне идти не хочется, а придется. Жгло так, что я стояла и держалась за раковину. Отпустило к вечеру. Я списала на то, что давно ничего не было, организм отвык, бывает.
Через три недели повторилось. Андрей в тот раз уже все видел, потому что мы были у него, и спрятаться в чужой квартире некуда. «Тебе отвар заварить?» — спросил он, когда я объяснила, в чем дело. Я сказала, что если он притащит мне из леса целительницу, я его брошу.
К врачу я пошла сразу, тут у меня хватило ума не изображать героиню, которая все перетерпит. Сдала посев, сдала мочу, сдала все, что можно сдать. Инфекции, слава богу, не было. Зато прозвучало нечто про состояние слизистой и про возраст.
Но цистит вернулся. Еще раз, и потом еще.
Фильм я пересмотрела в конце ноября. Из вредности: сядь, говорю себе, посмотри на свою Лиз, посмейся над совпадением, раз уж так вышло.
И на сцене в Убуде поставила на паузу. Я вдруг посчитала: Лиз в фильме тридцать четыре. Мне было тридцать четыре, когда я смотрела в первый раз, и с тех пор прошло шестнадцать лет. Шестнадцать. Она осталась там, а я нет. Я все это время мерила свою жизнь по женщине, которая физически не может состариться, потому что она героиня кино, и обижалась, почему у нее на все про все две сцены, а у меня пятый месяц.
У нее в тридцать четыре слизистая делает то, что должна. У меня в пятьдесят она делает то, что может.
Вот это я поняла сама. Остальное вычитывала потом, ночью, сидя в лавке после закрытия с телефоном. Гуглила и «жжение после близости», и «цистит после близости», и «посткоитальный цистит» — слово, которого до того дня не знала, а теперь знаю, как называется мой пятый месяц.
Механику я собрала по кускам сама и перескажу как поняла. С возрастом слизистая становится тоньше и суше, ей не хватает того, чем она держалась раньше. Ткань, которая раньше выдерживала контакт спокойно, теперь получает микроповреждения. Через них проходит то, что в норме не проходит. Плюс лактобактерий становится меньше, а они держат кислую среду, которая и работает барьером. Замкнутый круг: каждый эпизод ослабляет барьер еще сильнее, а значит, следующий раз наступит быстрее. И то, что жжет назавтра, а не в тот же вечер, тут не случайность, а закономерность.
Дело не в том, что мне не повезло. Дело в том, что я пережидала приступы и ничего не делала с промежутками между ними.
И вопрос у меня стал другой. Не «чем лечить», а «что делать, чтобы не повторялось». Триофемин® я нашла в этом же ночном чтении, дозированный крем, без гормонов.
Внутри лактобактерии, гиалуроновая кислота, пантенол и растительные экстракты, и работает это не на то, чтобы стало скользко в моменте, а на то, чтобы ткань восстановилась и барьер начал справляться сам. По одной дозе на ночь. Держать надо в холодильнике, от плюс двух до плюс восьми, потому что бактерии живые, и вот это отдельный сюжет: коробочка стоит на дверце рядом с горчицей, и Андрей однажды спросил, не испортится ли она там от соседства. Я сказала, что горчица переживет.
Эпизодов нет с февраля, и я стучу по стеллажу, когда это говорю.
Фильм с тех пор не пересматривала. Не потому, что разлюбила. Просто мне теперь смешно с другого места: с того, что я шестнадцать лет искренне не понимала, зачем в фильме эта сцена. А она там была для меня.
Коротко о продукте
После пятидесяти лет в организме снижается уровень эстрогенов, и слизистая интимной зоны меняется: истончается, теряет влагу и эластичность, становится уязвимой к любому механическому воздействию. Параллельно уменьшается количество лактобактерий, поддерживающих кислую среду. Наука описывает это как три дефицита: эстрогенов, лактобактерий и гиалуроновой кислоты. По отдельности каждый терпим, вместе они дают ту самую повторяемость, с которой женщина безуспешно борется, пролечивая каждый эпизод по отдельности. Дискомфорт при мочеиспускании после секса в этой схеме закономерен и не связан с гигиеной.
Вины здесь ничьей нет. Это физиология возраста, и она поддается коррекции, если работать не только с эпизодами, но и с состоянием тканей между ними.
Дозированный крем Триофемин® содержит лактобактерии двух видов, гиалуронат натрия, пантенол, экстракты красного клевера, диоскореи, центеллы азиатской и алоэ. Он работает на восстановление защитного барьера и физиологического состояния тканей, гормонов в составе нет. Применяется по одной дозе один раз в день, желательно на ночь, длительность не ограничена. Хранить Триофемин® нужно в холодильнике, при температуре от +2 до +8 °C: лактобактерии живые.
Если жжение появляется назавтра после близости раз за разом, это не повод отказываться от близости. Это повод разобраться, чего слизистой не хватает.
Листайте ниже, чтобы перейти на сайт Триофемина, где можно узнать подробности и выбрать ближайшую аптеку, где он есть в наличии. 👇